В ту ночь, когда пришли прусские войска, была гроза. На юге грохотало два дня подряд. Отступая, русские - по небрежности или нарочно? - подожгли двор Беренда. От света пожара Марта проснулась и увидела на улице вступающих немецких солдат. Марта заплакала, она боялась огня.

В школе казаки целую неделю держали лошадей и оставили солому и навоз. Но ничего худшего в деревне не случилось. Только гораздо позже, во время осенней вспашки, работники поместья нашли в поле возле Ангербургского шоссе тело неизвестного человека. Какой-то беженец, хотел перебежать через поле и его застрелили. Его и похоронили на том самом поле, где он пролежал так долго. Прибыл пастор из Дренгфурта, школьный учитель со всеми детьми. Майор отвел для могилы беженца двадцать квадратных метров ржаного поля на горе Викерау. Вокруг креста сделали изгородь из боярышника, а в середине школьники посадили незабудки. Могила беженца на горе Викерау осталась в Йокенен единственным напоминанием о большой войне. И, конечно, памятник, который впоследствии возвели рядом со школой. Нашим героям. На камне были высечены знакомые восточно-прусские имена нескольких ополченцев и стрелков. Сгоревший двор Беренда отстроили на средства из фонда, выделенного рейхом для разоренной Восточной Пруссии. Из рейха прислали лошадей, скот и семена. После того как из школы вымели навоз и отремонтировали шкафы и стулья, дети стали учить в ней патриотические песни об освобождении Восточной Пруссии, например, "О чем трубят фанфары".

Зимой четырнадцатого-пятнадцатого года прошел слух, что через деревню будет проезжать Гинденбург. Школьники целое утро мерзли на Ангербургском шоссе, делали снежных баб и вставляли им в руки флажки. Но победитель Танненберга предпочел двинуться на восток по другим дорогам.

Несколько лет спустя работники выловили из деревенского пруда пики и ружья, брошенные при поспешном отступлении русскими.