Эрхарт. Чего же мне надо беречься?

Фру Вильтон (веселым тоном). А я вот, как останусь на дороге... одна-одинешенька... возьму да и начну вас привораживать.

Эрхарт (смеясь). Вот как! Вы опять за то же.

Фру Вильтон (полушутя, полусерьезно). Да, берегитесь!.. Как стану спускаться под гору, возьму да и скажу про себя, - всю свою силу воли соберу и скажу: студент Эрхарт Боркман, берите вашу шляпу!

Фру Боркман. И он возьмет ее, по-вашему?

Фру Вильтон (смеясь). Еще бы! Мигом схватит. А затем скажу: извольте надеть пальто, Эрхарт Боркман! И калоши! Смотрите, не забудьте калоши! И марш за мною! Слушайтесь, слушайтесь, слушайтесь!

Эрхарт (с принужденной веселостью). Как же, дожидайтесь!

Фру Вильтон (поднимая указательный, палец). Слушайтесь, слушайтесь!.. Спокойной ночи! (Со смехом кивает дамам и закрывает за собой дверь.)

Фру Боркман. Что она, в самом деле способна на такие штуки?

Эрхарт. Полно. Как ты можешь думать? Так, шутка, и больше ничего. (Обрывая.) Но будет нам говорить теперь о фру Вильтон. (Усаживает Эллу в кресло у печки и с минуту молча глядит на нее.) Нет, как ты могла пуститься в такой дальний путь, тетя Элла! И еще зимой!

Элла Рентхейм. В конце концов это стало необходимо, Эрхарт.

Эрхарт. Да? Почему же?

Элла Рентхейм. Надо было посоветоваться здесь с докторами.

Эрхарт. Ну, вот и отлично.

Элла Рентхейм. Тебе кажется, что это отлично?

Эрхарт. Что ты наконец решилась на это, хочу я сказать.

Фру Боркман (сидя на канапе, холодным тоном). Ты больна, Элла?

Элла Рентхейм (строго глядя на нее). Ты же знаешь, что я больна.

Фру Боркман. То есть слаба здоровьем... с давних пор.

Эрхарт. Я, когда жил у тебя, часто говорил, что тебе надо бы посоветоваться с докторами.