Кстати, когда говорят, что нервные клетки не восстанавливаются, это не совсем так. Женские клетки еще как восстанавливаются. Я видела женщин, выпивших ванну тяжелого алкоголя и выплакавших такую же ванну горючих слез после расставания с очередным свинопасом. Они не с первого раза могли забраться в самолет, уносивший их на край света зализывать раны, но возвращались как новенькие. Некоторое время вчерашние разведенки дрейфовали в поисках новых точек опор в жизни, налаживали разорванные отношения с близкими, совершали карьерные прорывы, выигрывали Уимблдоны и литературные премии, а потом встречали очередного Диму или Петю, и все начиналось сначала.

Понятно, что это бесконечный процесс. Люди встречаются, влюбляются, женятся… разводятся, расстаются, пьют, бьются головой о стену, приходят в себя, некоторое время не верят ничему живому на земле, а потом встречаются, влюбляются и… ну, сами понимаете. Казалось бы, давно можно было привыкнуть к отработанному и очень редко дающему сбои порядку вещей (лично я знаю только три пары, дожившие в мире и согласии до глубокой старости, и то одна из старух на девятом десятке ополоумела и за что-то так обиделась на едва живого мужа, что эксперимент чуть не провалился). Другое дело, что некоторые научились адекватнее реагировать на суровую и прекрасную реальность. И, к сожалению, это не женщины!

Мы так безрассудно и отчаянно верим в чудо, что нас не остановить. Каждый новый Шурик кажется нам подарком судьбы, самым сильным, красивым, мужественным, честным, успешным, нежным, неженатым и вообще единственным на земле. Потрясенный тем божественным светом, отблески которого он видит в глазах влюбленной подруги, Шурик некоторое время и сам изо всех сил и с большим воодушевлением старается соответствовать предложенному образу. Некоторым даже в кайф попробовать себя в новом качестве. Но и к лекарствам вырабатывается привыкание, и рано или поздно мужчина успокаивается, расслабляется и вываливает пузо и свой истинный нрав.