И если раньше у Дьюита было много друзей среди художников и ученых, то теперь он стал уделять больше времени преступному миру. Разбойники, бродяги и прочие отбросы общества доверяли Дьюиту. Благодаря умению обращаться с ними, он часто добивался добровольных признаний в тех случаях, когда у следователя ничего не получалось. Таким образом, он приобретал опыт, ведя следствие нестандартными методами. Это гораздо лучше помогало ему отвлечься от тяжких головных болей, чем чтение книг или нудная работа в адвокатской конторе. Когда ему надоедало сидеть в своем бюро, он брался за какой-нибудь сложный случай, как вот сейчас в Килдаре, и расследовал его, не думая о том, к кому приведут следы. Однажды следствие завело его даже в маленькую африканскую страну, и хотя его коллега-напарник адвокат сэр Уильям рвал на себе волосы из-за такого расточительного расходования времени и денег, Дьюит нисколько не был огорчен.

Вода в ванной продолжала шуметь, и это снова напомнило ему, зачем он сюда приехал. Нелепо перестроенная гостиница, букет алых роз в руках могильщика, бусина на дне сундука, беспробудно пьяный Эррис, боязнь Энн оставаться в пустом доме — все было совершенно необычно. Да и непрекращающийся шум воды тоже был странным. Однако Дьюит слишком устал, чтобы встать и проверить, в чем дело. Ветер за окном стих, но пламя свечи, оставленной Энн, сильно колебалось, как будто по комнате двигалось что-то невидимое.

«Да это просто сквозняк», — успокоил себя Дьюит, задувая свечу.

Глава вторая

Внезапно он проснулся. Вода лилась, как и прежде. Взглянув в сторону окна, Дьюит увидел, что уже наступило утро. Он вскочил с постели и быстро вышел. В ванной никого не было. Вода уже затопила коридор и лестницу. Быстро сбежав вниз по лестнице, он стал искать комнату Энн. Раскрыв несколько дверей, он застыл на пороге последней комнаты.

Энн висела на веревке, привязанной к поперечной балке. Лицо ее исказилось, черные волосы спутались. Когда Дьюит подошел поближе, ему бросилось в глаза, что волосы ее были крашеными, у корней цвет был другой. Затем он увидел, что она босая, ногти покрыты ярко-красным лаком, а на двух пальцах ноги — следы чьих-то зубов.