- Чай, пожалуйста. Я так рада тебя видеть.

- Чай? - Беддоуз изобразил недоумение. - Чтото случилось?

- Нет, - Кристина покачала головой. - Просто хочу чая.

- Таким напитком не принято встречать путешественника.

- С лимоном, пожалуйста, - добавила Кристина.

Беддоуз пожал плечами и заказал чай.

- Как Египет? - спросила Кристина.

- Я был в Египте? - Беддоуз воззарился на Кристину, любуясь ее лицом.

- Так писали в газетах.

- О, да, - и продолжил голосом всезнайкикомментатора. - Новый мир, корчащийся в родовых муках. Феодализм он уже перерос, до демократии - не дозрел...

Кристина скорчила гримаску.

- Прекрасная фраза для анналов Государственного департамента. Я просто хотела узнать, как в Египте.

- Солнечно и грустно. После двух недель в Каире начинаешь всех жалеть. Как Париж?

- Демократию он уже перерос.

Беддоуз улыбнулся, наклонился через маленький столик, поцеловал Кристину.

- Я просто хотел узнать, как в Париже?

- Без изменений, - помолчав, Кристина добавила. - Почти без изменений.

- Кто в городе?

- Все те же лица. Обычные счастливые изгнанники. Чарльз, Борис, Энн, Тедди...

Тедди звали того самого фотографа.

- Ты с ним часто виделась? - как бы невзначай спросил Беддоуз.

- А что? - Кристина чуть улыбнулась.

- Просто интересуюсь.

- Нет. В городе его Грек.

- Все еще Грек?

Официант принес чай. Она наполнила чашку, выжала лимон длинными ловкими пальцами. Беддоуз отметил, что она более не пользуется ярким лаком.

- Твои волосы. Что случилось?

Кристина небрежно коснулась волос.

- О... Ты заметил?

- Блондинки нынче не в моде?

- Я решила вернуться к своему естественному цвету. Посмотреть, что из этого выйдет. Тебе нравится?

- Еще не решил. Они стали длиннее?