- Это еще что? - сказал отец. - Будь я неладен, старую грязную бутылку на стол!

- Это старинный пузырек из-под жидкой мази. Я его нашел у Фиггисов в мусоросжигателе. - Тим поднял пузырек на свет. - Погляди, какие в нем краски красивые.

Если вглядеться, он слабо отливает аметистом, даже прокаленной зеленью отсвечивает.

Отец встревожился: вдруг сын чокнулся? Или того хуже... художник?

- Ну чего в ней хорошего. Выкинь эту пакость, - посоветовал он. - Тащит домой всякий хлам с Фиггисовой помойки!

- Я его в свой музей поставлю.

- Музей? - спросила мать, и это прозвучало бы строго, но она спохватилась и взяла дружелюбный тон: - Ты нам не рассказывал ни про какой музей.

- А я не все рассказываю, - сказал Тим.

Отец с отвращением фыркнул, казалось, его вот-вот стошнит от возмущения, но он взял себя в руки.

- А знаете что? В саду у Дейворенов дикий попугай.

- Кто-нибудь забыл запереть клетку, - предположила миссис Неплох, пришел черед и ей вставить словечко.

- Я это самое ей и сказал. А она говорит, он дикий.

- Да откуда ей знать? - Попугаи не очень интересовали миссис Неплох.

- В парке полно диких попугаев, - сказал Тим.

На это родителям нечего было возразить: они уже тысячу лет не были в парке. Мистер Неплох вздохнул - интересно, почему дома его обаяние никогда не действует. Миссис Неплох тоже вздохнула - похоже, начинаются месячные.

Тим разделался с персиками, встал из-за стола и прихватил с собой старинный пузырек.

- Ты сегодня торопишься, парень.

- Пойду к Дейворенам. погляжу на попугая. - Это прозвучало совсем по-детски и просительно - он часто так говорил, чтобы их задобрить.

- Я не очень в этом разбираюсь, а только знаю, попугаи на одном месте подолгу не сидят. Скорей всего, этот уже улетел.