— Она уехала, Арчи…

Пес подошел поближе и уткнулся головой в руки человека, который опустился перед ним на колени и обнял, прижимаясь к мягкой шерсти.

— Она опять убежала от меня. Испугалась. Возможно, так и должно быть. Ей там будет лучше, привычнее. Ее дом там.

Пес-призрак дотронулся холодным мокрым носом до щеки своего бывшего хозяина.

— Арчи, я найду ее. Обязательно найду. Я ведь так ей ничего и не сказал. Она просто забыла все. Забыла. И поэтому боится. Она нужна мне, Арчи…

Собака подалась навстречу человеку, словно пытаясь прижаться к нему, но тут же стала зыбкой как вода, и в самом деле превращаясь в сотни ручейков, хлынувших вниз, и тут же тающих на песке.

Человек еще пытался удержать свое видение, хватая ускользающего призрака дрожащими руками, но невыносимый свет закатного солнца больно ударивший по глазам последними лучами, швырнул его назад и вниз, на мокрый песок, заструившийся под ним, подобно пустынному зыбуну.

Луна. Ослепительно яркая луна в окне. Это не солнечный, а ее свет больно бьет по расширенным в темноте зрачкам. Человек изумленно смотрит на яркий диск, на окружающую обстановку спальни, еще продолжая по инерции ощущать прикосновение к своему телу мокрого шелка рубашки. Но спустя мгновение он понимает, что под ним действительно лежит мокрый шелк, покрывающий подушку. В этом мире не было никакой собаки, никакой девушки и никакого дома на берегу океанской бухты. Все это было сном, призрачным видением, а на подушке были слезы, просто слезы, но такие же горькие и соленые как океанская вода.

Часть 1. ОХОТНИК (ПРИЗРАКИ)

Хроники одной экспедиции (Воспоминания)