О взгляде администрации на еврейское население в целом можно иметь представление из следующего факта. В 1837 г. министерство внутренних дел затребовало из некоторых областей страны разные статистические данные. Из города Кая Вятской губернии на поставленный между прочим вопрос о нравственном состоянии жителей, уездным начальством был дан лаконический ответ: «Жидов в Кае не находится».

Этим ответом ясно констатировалось безупречное в нравственном отношении состояние города.

В 1840 году Николай I посетил г. Брест. Осматривая вал крепости, он обратил внимание, что со стороны города огромная толпа евреев следует за ним там внизу. Он остановился и спросил сопровождавшего его Виленского военного губернатора Ф. Я. Мирковича:

— Чем они живут? Надо непременно придумать, что с ними делать и этим тунеядцам дать работу. Последний раз, когда я был в Одессе, встретил я там толпы шатающихся без дела цыган в совершенной нищете, нагие, девки 18 лет голые, безобразие и позор. Я говорю Воронцову: «Что ты их не приведешь в порядок?» Он мне отвечает: «Мне с ними не сладить. Все меры, которые я принимал, остались без успеха». «Так постой, я с ними слажу». Всех бродяг и тунеядцев приказал брать за определенную поденную плату на работу. Через месяц все исчезли. Можно бы и с жидами подобным образом поступить. Подумай-ка, как бы из них составить рабочие роты для крепостных работ».

В декабре 1847 г. в Государственном совете долго и серьезно обсуждался вопрос, до какого пункта можно еврейским извозчикам города Полоцка возить воспитанников местного кадетского корпуса, ездивших ежегодно в Петербург. Дело в том, что между Полоцком и Петербургом лежала граница, отделявшая «черту еврейской оседлости», то есть губернии, где им разрешалось проживание, в отличие от запретных для них внутренних губерний.