Кинг перепрыгнул через кровать, на которой корчился Майкил, и оказался рядом с офицером, готовившимся нанести новый удар. Схватив лейтенанта за плечо, ирландец развернул его к себе, и два ненавидящих взгляда скрестились. Стиснув зубы, Кинг из всех сил нанес страшный удар в лицо. Отлетев на несколько шагов, лейтенант растянулся без чувств на деревянном полу.

Один из драгун бросился к ирландцу, но тот снова перепрыгнул через кровать, схватил ведро и окатил его водой. Душ привел протестанта в замешательство, и он немедленно получил сильный удар в промежность. На помощь ему поспешил другой драгун, но не успел оказать ее: метко брошенный табурет попал солдату в голову.

— Беги!

Крикнув это, Скарроу, уже поднявшись на ноги, также озлобленный и знавший, что его теперь ждет, подскочил к драгунам сзади и хватил одного из них по шее. Охнув, солдат выронил саблю и рухнул на пол, но другой успел отскочить и выхватить оружие. Он располосовал воздух перед собой и Джон отшатнулся. Драгун повторил этот прием еще несколько раз, и Скарроу мог лишь уворачиваться от ударов. Кинг ничем не мог помочь товарищу: перед ним также сверкала сабля.

— Драгуны, сюда!

Этот призыв не повис в воздухе, в дом ворвалось полтора десятка кавалеристов, сверкая обнаженными саблями.

Спустя полчаса из дома вывели связанных Кинга и Джона, а за ними выволокли бесчувственного Майкила и, как куль, бросили поперек седла. Осторожно вынесли лейтенанта, еще не пришедшего в себя, и аккуратно положили на коня.

Кинг сплюнул на землю и на ней остался темный след.

Горько усмехнувшись, он обратился к Джону:

— Капитан велел передать, что сегодня уходим в шесть вечера.

— Спасибо, — сказал Скарроу. — Ты нашел подходящее место и удобное время для сообщения.

— Лучше поздно, чем никогда.

К вечеру в городе полностью хозяйничала протестантская конница. Около сотни католиков были выловлены в городе и его окрестностях. Всех их собрали на центральной площади, оцепленной драгунами, куда уже были согнаны местные жители.