Трюм был сырой и грязный. Из всех углов и щелей пахло то ли сгнившими яблоками, то ли провонявшей рыбой. Соединяясь с испарениями и дыханием десятков людей, запертых здесь, тошнотворный запах усиливал невыносимую духоту.

Серая тень быстро пробежала по телу. Человек приподнял голову, лежавшую на ногах его товарища, и тут же устало и равнодушно опустил ее.

— Кинг, что это было? — спросил он у товарища.

— Крыса, — безразличным тоном ответил тот и обратился к сидевшему рядом человеку: — Джон, ты как?

Тот, не открывая глаз, сказал:

— В порядке, следи за Майкилом, ему тяжелее.

Кинг, Майкил и Джон оказались в числе тех, кто уцелел после казней. Смерть миновала их, но они были уверены, что это ненадолго. Они видели, как из набитых пленниками помещений тюрьмы выводили побежденных сторонников

Якова, и они уже не возвращались. После судебного разбирательства, длившегося зачастую не более десяти минут, у них оставался только один путь — на эшафот. Судьи определяли лишь меру вины и степень наказания, все остальное было неважно.

Четырнадцатого августа в зале суда стояли англичанин и два ирландца.

Сэлвор и здесь остался верен себе.

— Зачем мне отвечать на ваши вопросы, если путешествие на тот свет мне обеспечено? — спросил Кинг.

— От ваших ответов зависит, как вы будете казнены, — ответили ему судьи.

— Вот идиоты, — спокойно произнес ирландец, — все равно умирать, ведь иного выбора нет!

Но, к удивлению троицы, друзей отправили не на казнь, а в порт. Загнав их вместе со многими осужденными в трюм корабля, над ними, словно крышку гроба, захлопнули люк, и мрак темноты и неизвестности окутал людей.