— Вы так грустны сегодня, скажите, не случилось ли чего-нибудь? — спросил граф, пристально всматриваясь в задумчивое лицо невесты.

— Извините, пожалуйста, мою рассеянность, но, право, ничего не случилось.

«Странно!» — подумал Роланд хмурясь.

Разговор не вязался. Видя это, граф решил переменить тему и, вынув из кармана ящик для драгоценных вещей, тончайшей работы, с гербом маркизов де Фавентин, учтиво положил его на колени молодой девушки.

— Зная, что вы очень интересуетесь изящными вещицами, я осмелился заказать для вас эту безделицу одному флорентийскому ювелиру! Окажите мне честь принять эту игрушку! — проговорил граф.

Снисходительно улыбнувшись, молодая девушка внимательно посмотрела на прелестный подарок.

— Да, действительно, это очень изящная и дорогая игрушка! — сказала она равнодушно.

— Жильберта, неужели ты не можешь учтиво поблагодарить графа? — заметила с укоризной маркиза.

— Простите, я забылась! Сердечно благодарю вас, граф, за память! — холодно проговорила молодая девушка.

«Холодна, как мрамор. Неужели я ошибся?!» — снова пробормотал граф. Опять воцарилось неловкое молчание. Вдруг, к удовольствию всех трех действующих лиц этой сценки, издали наблюдаемой Пакеттой, вдали показались маркиз и Сирано де Бержерак.

Молодой человек изящным поклоном издали приветствовал дам и учтиво подошел к руке маркизы. — А, господин Бержерак, как я рада снова видеть вас у себя!.. Ведь уже целые две недели вы лишали нас Своего милого общества! Может быть, вы были больны? — спросила маркиза, обрадованная приходом гостя.

— Да, я был все это время занят, но не выходил из второстепенной роли! — весело проговорил Сирано.

— Иначе говоря, вы дрались? — спросил Роланд.

— Да, но совершенно не по моей вине. Я был секундантом у Бризайля, который дрался, ей-Богу, не помню из-за чего, затем поддержал Канильяка, причем лично для меня осталось лишь приятное воспоминание вот об этой царапине на носу.