«Да ведь это Карай! – подумал я. – Но где же его хозяин?!» И тут я увидел, что в стороне, на траве, лежит какой-то человек, укрывшись с головой ватной телогрейкой. Вот он где, черноглазый милиционер, хозяин Карая! Набегался, устал и спит теперь, а Карай за него отдувайся.

– Эй, что вы делаете! – крикнул я, подходя ближе.

Увидев меня и приняв еще за одного врага, пес непримиримо залаял, заскулил, вытянув морду в сторону своего беззаботного хозяина. Но тот даже не шевельнулся под ватной телогрейкой.

Парень в клетчатой рубахе встретил меня веселой улыбкой.

– Не шуми, – дружелюбно приказал он, – тут наш дружок спит, не мешай ему. Мы над ним подшутим.

– Какие ж это шутки – дразнить собаку?

– Да вот шутим, как умеем. – И он снова взял палку.

Пес рычал. Он зорко глядел на врагов. Подняв верхнюю губу, показывал страшные клыки. Один из парней быстро продвинул палку вперед, другой в это время затопал ногами. Карай, ощетинившись, рванулся на всю длину своей цепи. Казалось, он забыл про вещи, которые должен был охранять.

– Ох! – Парень взмахнул рукой.

Теперь Карай налетел на второго своего врага – и как раз вовремя: схватил палку и вмиг перегрыз ее пополам.

– Вот черт! – сказал парень в клетчатой рубахе и, подняв с земли пиджак, накинул его на плечо.

– Оставьте в покое эту собаку! – потребовал я.

– Да уж и так оставляем…

Карай внимательно смотрел на нас и время от времени трогал лапой бумажник – будто хотел убедиться, что выполнил свой долг.

– Мы уходим, – проговорил один из нападавших, неизвестно к кому обращаясь. – Пусть с этой собачкой кто-нибудь другой поиграет. К ней с пулеметом надо подступать.