Завтракали мы на балконе в окружении цветущей бугенвиллии. Нам принесли булочки с шоколадной начинкой, оладьи, круассаны, кусочки копченого бекона, джемы разных сортов, высокий серебряный кофейник с кофе и кувшинчик парного молока. Крошечные желтенькие пташки выхватывали из сахарницы крупинки сахара и радостно хлопали крыльями, тем самым будто бы выражая нам благодарность. Мы с мужем практически не разговаривали. В какой-то момент Боб позвонил и попросил принести еще бекона. «Сию же секунду», — ответила дама из отдела обслуживания номеров. Давно уже я не чувствовала себя такой голодной.

По дороге к Бенни до нас вдруг дошло, что мы не имеем ни малейшего представления о размере арендной платы. Сколько именно нам придется платить? Пятьсот баксов в месяц? Тысячу? Пятьсот для такой развалины, честно говоря, многовато, но, учитывая месторасположение, владелец вряд ли затребует меньшую сумму. Все зависит от того, насколько крепким орешком окажется Бенни. Торг можно начать с пяти сотен, а потом, если он заупрямится, будем постепенно увеличивать размер суммы.

— Может, имело смысл связаться с юристом? — предположила я.

— Нет, — покачал головой Боб, — никаких юристов. Довольно с меня этой братии.

Поскольку мы собирались открыть ресторан не где-нибудь, а на тропическом острове, это неизбежно сообщало нашему отношению к делу определенную легкость. Во время затеи с «Бланчард и Бланчард» юристы наших компаньонов терзали нас на протяжении долгих месяцев, ну а нашим собственным юристам так и не удалось спасти нас от фактического ограбления. Бобу казалось, что Бенни относится к той разновидности людей, которым для заключения сделки достаточно рукопожатия. У меня создавалось аналогичное впечатление.

Молодой человек в продуктовом магазинчике «У Бенни» пояснил, что хозяин наверху. Он вышел на улицу, поднял голову к нависавшему над ним балкону и закричал: