– Подкинули бабушке пару интересных фотографий, – нехотя процедил Маэстро. – А та возьми и помри от них. А стерва-внучка рада-радешенька двухкомнатной квартире в центре. Даром, что ли, бабушку обихаживала? И как я только пролетел? Не понимаю?!!

– Много денег потерял? – осторожно спросил ангел.

– Не в деньгах дело. Мастерство. Я теряю его, чувствую, как уходит.

– За любое мастерство нужно платить. Мастер Игры.

– Что ты сказал? – встрепенулся Маэстро.

– Мастер Игры, – грустно повторил ангел. – Я понял, почему так тебя боятся мои собратья и сторонятся нижние. Ты не помогаешь людям осознать ошибки, ты играешь ими. Заставляешь поступать, как тебе необходимо. Мастер. Маэстро.

– Плевать, – ручеек водки прожурчал в котловину стакана. – Понимаешь, ангел. Мастерство для меня – все! Больше, чем жизнь!! Я сам его пестовал, и теперь все рушится.

– Больше жизни?

– Больше. Больше у меня ничего нет. Если хочешь, можешь купить мою душу, только бы… вернулось.

– Душа не потребуется, – ангел неспешно поднялся. – Мастер Игры должен быть одинок. Одиночеством он платит за Мастерство.

За вышедшим ангелом дверь захлопнулась крышкой домовины. Маэстро налил себе еще.

– Утром хуже будет, – насмешливо прошептало сознание до боли знакомым голосом.

Маэстро вздрогнул. Незримо, но ангел все же оставался с ним.

– Ничего, – еще порция алкоголя сверкнула в стакане. – Месяца два, три, и я тебя забуду. И все вернется.

В городе под бетонным небом вечная осень шуршала платьями из опадающих листьев. Теплый сентябрь, дождливый октябрь и первый снег ноября. Городу не нужно лето, весна или зима. Осень самодостаточна.

Ангел сидел на бетонном парапете Моста.

– Простудишься, – автоматически предупредил Маэстро.

– Ты пришел.

– Я не справился, – прошептал Маэстро. – Я не справился. Ты оставался со мной, каждую минуту, каждый день и миг. Каждый мой шаг ты шел рядом, на каждый вопрос у тебя был ответ. Ты стал частью меня.