«Припасы для ее большого поместья», — подумал я.
В это время на сходни стали вносить груз совсем иного рода: кожаные чемоданы, портпледы, шкатулки из розового дерева, шляпные картонки и т. д.
«Ага, вот ее личный багаж», — решил я, продолжая дымить сигарой. Сле— дя за погрузкой этих вещей, я случайно заметил какую-то надпись на большом кожаном саквояже. Я вскочил с кресла и подошел поближе. Взглянув на надпись, я прочел:
«Мадемуазель Эжени Безансон».
Глава VII. ОТПЛЫТИЕ
Последний удар колокола… Члены клуба «Не можем уехать"
Пароход берет курс на север; несколько ударов вращающихся плиц — и течение побеждено: гордый корабль, подчиняясь силе машин, быстро рассе— кает волны и движется вперед, словно живое существо.
Бывает иногда, что пушечный выстрел возвещает о его отплытии; порой его провожают в дорогу звуки духового оркестра; но чаще всего с парохода раздается живая мелодия старой матросской песни, исполняемой хором гру— бых, но стройных голосов его команды.
Лафанет и Карролтон скоро остаются позади; крыши невысоких домов и складов скрываются за горизонтом, и только купол храма Святого Карла, церковные шпили да башни большого собора еще долго виднеются вдалеке. Но и они постепенно исчезают, а плавучий дворец плавно и величаво движется меж живописных берегов Миссисипи. Я сказал — живописных, но этот эпитет меня не удовлетворяет, хоть я и не могу подобрать другого, чтобы пере— дать мое впечатление. Мне следовало бы сказать «величественных и прек— расных», чтобы выразить свое восхищение этими берегами. Я смело могу назвать их самыми красивыми на свете.