– Это призы фестиваля. Земля плачет хрустальными слезами. Представляете? Их заказали самому Василию Картонову! И вот они пропали! – повернувшись, покачала головой Наташа; ей, конечно, хотелось посочувствовать на тему Ветиной габбаны-шмабаны, но тогда бы не было повода огласить через фразу, что она знакома с самим Василием Картоновым.

– Картонову? – усмехнулся Руслан Адамов. – Невосполнимая потеря…

– А вам не нравится творчество скульптора Василия Картонова? – изумилась Наташа, она, видимо, не вымыла голову и ехала, не снимая все той же идиотской огромной розовой шляпы, так что всей шляпой развернулась назад.

– Пусть расцветают все цветы, – мягко ответил Рустам Адамов, для него Василий Картонов был примерно тем, чем Алла Пугачева была бы для Монтсеррат Кабалье, если бы знала, кто это такая.

– А я мечтаю заказать ему скульптуру! – с вызовом ответила Наташа.

Руслан пожал плечами.

– Вам не нравится Картонов потому, что вы ни хуя не понимаете в искусстве! – неожиданно вступила в бой Инга, перебравшая молодого вина.

Автобус заржал так, что итальянец за рулем испуганно обернулся. Во всем автобусе о том, что Руслана Адамова при жизни покупают Третьяковка и Эрмитаж, не знали только Инга и итальянец за рулем. Наташа пнула Ингу в бок, и та стала оправдываться:

– Ну, бля, ну я откуда знаю? Ну, он же у меня не лечится…

И все тут же забыли о дольчегаббане, политой в Ветином пропавшем чемодане хрустальными слезами работы Василия Картонова. Потому что, осознав статус Руслана Адамова, Инга достала пудреницу, попудрилась пьяной неверной рукой, села вполоборота к художнику, направив на него глубокий разрез юбки, как пистолет, и начала:

– Извините, я не знала, что вы такой великий…

Руслан Адамов пожал плечами. Ольга увидела, что Инга не просто пьяна, а феерически пьяна. Это было неожиданностью, на прошлых фестивалях она вообще не пила.

– Меня зовут Инга. Я тоже великая. И тоже зарабатываю деньги руками! Обо мне пишут, я вам покажу журналы! Меня снимает телевидение! – продолжила Инга. – Для меня нет авторитетов. Они все у меня в руках, когда на столе… И я вам сразу честно скажу по вашему габитусу, что вы очень больны и должны лечиться в моем центре. И я вас вылечу!