Можно только дивиться, как в таком климате вообще оканчивают школы?! Оттого и неясно - всерьез или в шутку говорят, будто в Грузии что ни год рождаются выдающиеся дети.

II

С двух последних уроков они сбежали всем классом.

В те времена школа не баловала ребят экскурсиями. Такого не было и в помине. Раз в году устраивался поход на Черепашье озеро или на озеро Лиси. А сколько заманчивых уголков в городе, окруженном горами!

Когда они домчались до любимого своего места, где начинается дорога к могиле Грибоедова и храму святого Давида, Реваз скомандовал: привал!

Среди камней и колючего кустарника сама природа раскинула маленькую симпатичную лужайку. В глубине лужайки торчит бетонный столб, а на нем чудом держится ржавая и дырявая дощечка с остатками белой эмали. Наверху сохранилось слово "запрещается", а внизу целая строка с перечислением того, что запрещается.

"...Делать зеленые насаждения и стрелять в эту табличку". Под текстом очень мелким шрифтом подпись: "Постановление Тифсовета".

Жителям Кавказа текст "таблички" пояснять не нужно. Кому там неизвестно, что делает грузин, когда видит удобный склон горы, - немедленно сажает кукурузу или фасоль. И это очень хорошо, но только у себя в деревне, а не по дороге к храму и прославленной могиле.

Что же касается стрельбы - то это еще яснее: горцы умело пьют, прекрасно поют, а от избытка чувств иногда стреляют. Сколько на этой лужайке отгремело пиров - считать не будем, но "табличка" давно превратилась в дуршлаг.

Тифлисский Совет безусловно знал, где, что и почему следует запрещать.

Ребята набрали камней, дали залп по ржавой мишени и с наслаждением улеглись под нею. Когда азарт, вызванный побегом, прошел, все одновременно посмотрели на Тинико - самую слабенькую в группе. Она послушно встала и как ящерица полезла вверх. Остальные за нею.

В пыли, поту, в царапинах они взобрались на первый уступ.