Эстелла бросила снимки на пол и взглянула на лицо человека, которого ей предстояло убить. Кто бы ни взял в руки эту пачку, к его услугам было написанное на каждой фотографии имя и стрелка, нацеленная прямо в голову мистеру Джону Берджису. Последнему дебилу стало бы ясно, что этот человек под прицелом — стрелки находили его даже в толпе, изображая траекторию пули. Вполне могли обойтись без этих художеств — Эстелла и так знала имя.

Надо взять себя в руки и не паниковать. Она верит в судьбу, верит в звезды и их психомагнетическое действие. Главное — понять направление, в котором развернутся астральные силы, а уж она сумеет это использовать.

— Эстелла?

— Секунду, Гектор, голубчик. Высокие каблуки созданы не для того, чтобы бегать за мужчинами.

— А для того, чтобы мужчины бегали за тобой, да? Ты сделаешь все в лучшем виде, детка. Пусть он только придет, и ты трахнешь его по полной программе.

Эстелла снова взглянула на фотографии. На всех до единой был запечатлен владелец бара, того самого, где она прошлой ночью подцепила Йена. И где Джон Берджис повесил высоко на стене собственный портрет, с которого радушный хозяин улыбался блаженной улыбкой своим клиентам. Эстелла знала Джона Берджиса. Плохо, что его знал Йен.

Ей надо хорошенько все обдумать. Йен рассматривал фотографии. Это факт. Но сложил ли он два и два? Пистолет плюс фотографии равно убийству человека: бах, бах, бах. Эстелла еще раз проверила содержимое кейса. Кроме «Беретты», ничего, кажется, не пропало. Йен, конечно, мог прихватить и что-то из фотографий, она не знала, сколько их там было. Но скорее всего снимки он не взял.

— Есть проблемы?

— Все отлично, Гектор. Скажи, чем занимается наш партнер?

— Черт побери, Эстелла. Это же не засекреченная кодовая линия, мы разговариваем по открытой хреновой связи. Тебя уже услышали спутники-шпионы. Он парень с деньгами, вот и все.

— Насколько много у него денег? Может он согласиться предоставить свои услуги на торгах за более высокую цену?