Милицейские начальники, наверное, решили, что я особо опасный... Или тесть похлопотал. У него связи. И с начальниками, и с их бедой.
Как я и предполагал, убийства бабы Фроси и Петра Васильевича приписали мне. Произошли они примерно в четыре тридцать – пять тридцать утра. Никаких отпечатков пальцев найдено не было. Ни на спинках кровати, ни на прессе для чеснока. Никого из соседей бабы Фроси в ту ночь дома не ночевал. Кроме нас с Верой. Значит, убил я, решил следователь. Не Вера же? Хрупкая двадцати шестилетняя женщина с малым ребенком на руках?
У меня было достаточно времени обдумать случившееся. Обдумать и определиться. Прежде всего, я задался вопросом: могла ли Вера вообще убить? И если могла, то по какой причине?
Моя Вера... Сероглазая, худенькая, на полста килограммов, несколько выше среднего роста.
Моя Вера... Она такая разная.
Она даже выглядит по-разному. В анфас и профиль. На солнце и без него.
В помещении у нее нежное личико, выразительные глаза, чувственные губы. Взгляд смиренно-ласковый, умный. Кошечка, лапушка, да и только. Или львушка, как она себя называет... Я часто любуюсь ею. Вливаюсь в ее глаза всем существом. Вливаюсь и думаю, какая же она красавица! Как мне повезло!
А под небом она другая. Неуверенная походка. Взгляд нерешительный, виноватый. Совсем другая женщина...
Совсем другая? Может быть, это двойственность внешности, то есть формы, свойственна и ее натуре, то есть содержанию?
Да, свойственна. Львицы, рожденные в год Собаки, двойственны по определению.
Одна Вера – интеллигентная, боящаяся мышей и насекомых, со всеми ласковая и предупредительная. А другая холодная и неумолимая. Одна любящая, а другая...
Нет, надо все вспомнить... Если она так безжалостно убила стариков – значит, убивала и раньше. Надо все вспомнить и проанализировать... Вспомнить...
Мы познакомились в институте. Она появилась в первый весенний день. Милая, отзывчивая, юная. Сразу всем понравилась. Особенно мне. Я оживился, стал скоморошествовать. Сговорился с Сашей Свитневым розыгрыша ради «выпить» в обед по стакану не разведенного спирта. Так и сделали: налили втайне воды в пустую бутылку из-под популярного тогда “Рояля”, выпили, крякнули, потеплели взором.