Вот с тех-то пор и начались всяческие ужасы. Роман «Укрощение тигра в Париже» живописал, как оказалось, счастливый период нашей жизни.

К 1988 году выяснилось, что она уже неизлечимый алкоголик. Мы пошли к доктору, и тот, выслушав ее отдельно от меня, посмотрев ее, затем пригласил меня и сказал:

— Мсье, у вашей жены алкоголизм. Алкоголизм вообще не вылечивается, тем паче, у женщин он усугубляется обычно нимфоманией, так как моральная планка для женщины, интоксицированной алкоголем, опускается до уровня плинтуса. Вся тяжесть подобного поведения, мсье, падает целиком на плечи близких. Не надо верить, что ваша подруга вылечится. Надо знать, что вам придется нести этот груз всю жизнь. Готовы ли вы к такой жертве?

Я чуть подумал и сказал:

— Готов. Но нельзя ли как-то ее остановить? Доктор пожал плечами.

— Я выписал вашей подруге таблетки Esperal. Она должна принимать их каждый день. Вы должны следить за тем, мсье, чтобы мадам их проглатывала. Esperal — это не лекарство, не ждите от него результатов, предупреждаю вас. Esperal — как слабый засов на двери, при желании дверь можно легко открыть простым усилием, нажатием. Esperal действует так: при принятии алкоголя ваша подруга покроется красными пятнами, ей станет плохо, муторно, может быть, появится температура. Ясно, что это не ведет к смерти, и не ведет даже к серьезному недомоганию. Это просто предупреждение.

Доктор замолчал. Мы вышли в приемную к Наташе. Она уже оделась. Черное длинное пальто, черный платок. Доктор дал ей рецепт. И добавил:

— Я также работаю как психоаналитик. Программу финансирует город. Я бы советовал вам, мадам, разобраться в себе и для этого пройти хотя бы ограниченный курс психоанализа. Приходите. Мсье, постарайтесь убедить мадам, что это необходимо.

Мы вышли. Наташа взяла меня под руку и прижалась ко мне. Молча мы дошли из еврейского квартала, где была приемная доктора, к себе на rue de Turenne. Я чувствовал, что она мне благодарна.