— Наш сын должен быть Великим князем. Великим! И никто лучше Византии не знает, что такое величие.
— Если величие не опирается на меч, это — соломенное величие. Славяне на масленицу изготовляют их во множестве. А потом сами же и сжигают с песнями, хороводами, плясками и хохотом.
— Ты опояшешь это величие мечом и наполнишь силой, Свенди. Ты, самый великий из воевод.
— Но мой воспитанник будет слушать ромея, моя королева, — улыбнулся Свенельд. — А византийский мед легче проникает в душу, нежели грубый звон мечей и вопли дружинников.
— Тебе мало того, что ты — мой соправитель?
— Я гоняюсь за славой только на поле битвы.
— Тогда почему ты так насторожился, когда я спросила, как ведет себя византийский дворянин Асмус?
— Я не доверяю ромеям и не скрываю этого. Ты это знаешь, моя королева.
— А я хочу, чтобы Святослав был воистину великим князем и великим воином. Первого сделает ромей, второго — ты.
— Ты права, как всегда.
Свенельд поклонился, полагая, что сказано все и ему пора удалиться.
— Подожди, мой воевода, — вдруг тихо, мучительно тихо сказала Ольга.
— Что с тобой? — обеспокоено спросил он.
— Неосторожность. — Она попыталась улыбнуться, но улыбка не получилась. — У нас будет ребенок, Свенди.
— Ребенок?.. — полководец растерянно заулыбался. — Это же… Это же прекрасно…
— При мертвом муже?..
Великая княгиня горько усмехнулась и, не прощаясь, вышла из личных покоев.
3
Весь день Свенельд мучился от случайно сорвавшейся фразы. Он обидел любимую женщину, обидел грубо, ударив в самое сердце. Отлично изучив характер Ольги, он знал, что сегодня на ее глаза попадаться не следует, нужно выждать хотя бы сутки, но завтра к вечеру…
А на следующий день в усадьбу Свенельда прибыл доверенный дворянин князя Мала Сбойко. И событие, о котором он поведал, затмило все личные ссоры и обиды.
Древлянский князь Мал выехал на шумную княжескую охоту вместе со своим зятем, сыном Свенельда, прозванным Лютом Свенельдычем. Неделю лесные дебри вокруг столицы древлян сотрясал глас охотничьих рогов и труб, отмечавших каждого убитого охотниками зверя. Все шло, как заведено, а заведено было, что Отрада, приемная дочь князя Мала, всегда встречала его на пристани, к которой причаливали ладьи охотников.