— Так вот, Костя, — медленно проговорил Петров, будто продолжая вслух свои мысли, — ты видел, как начинается борьба против микробов. Клетки крови, этой жидкой ткани, принимают на себя первый натиск. И заметь, какое распределение труда и какое взаимодействие, какой дружный порыв к победе! Эритроциты запрут входные ворота. Микрофаги — это пожиратели, истребители. А потом вступают в дело и макрофаги. Это уже более мощные машины. Ты видел, как они выдвинулись из-за укрытий?

— Да. А что делали прозрачные маленькие пластинки?

— Они участвуют в свертывании крови. Ведь и сама плазма не остается безучастной к сражениям между клетками организма и чужеродными бактериями, даже если они и не болезнетворны. Все равно, прочь их! Под маской гостей они смогут натворить неприятностей. Мы называем антигенами всякий чужеродный элемент, будь то микроб, белковое существо или что-либо иное, если оно способно вызвать в соках организма особую защитную реакцию. Она заключается в том, что организм в защиту себя, как целого, начинает вырабатывать антитела, то есть особые вещества, способна растворять, уничтожать, убивать, обезвреживать введенный или вторгшийся антиген. Можно было наблюдать первые порции таких веществ, поступивших в плазму. Они чрезвычайно разнообразны, Мы видели, как действовали струйки. Они обволакивали бактерии, лишали их способности развернуть свое ядовитое влияние на лейкоцита-защитника, делали бактерию, образно говоря, вкусной, и она отлично переваривалась микро- и макрофагами. Эти вещества называют опсонинами. Другие вещества сами способны растворять бактерии, и те тают, как воск от огня, распадаются, подобно кусочкам сахара в кипятке Они называются бактериолизинами. Но как бы мы ни называли отдельные виды защиты, установлено, что организм в результате борьбы с микробами вырабатывает и накапливает специальные сродства в плазме крови и соках организма.