— …Хорошо, хорошо, Салли, я верю вам… Загородка поставлена, и пусть стоит. Салли, дорогая, я вас не виню… Вы можете думать все что хотите, но я бы хотел, чтобы вы были мужчиной. Хотя бы на одну минутку, чтобы я мог поспорить с вами, как с равным… А то ведь вы крутите мной вокруг пальца, Салли. Вы измучили меня своими глазами… Разве вы никогда их не закрываете, Салли? Никогда, ни на минутку? Салли Декстер с фермы Круг «Д»… Круг «Д»… Это не круг, а кольцо… Золотое обручальное кольцо…

Горман держал больного, пытавшегося подняться. Холодные компрессы быстро высыхали на горячем теле. Но лекарство должно было подействовать, если бы только больной хоть немного успокоился. Горман нашел в походной аптечке таблетки морфия, и скоро, к великому удивлению Кармен, Марсден впал в забытье.

Между тем наступал вечер, и Ли Вунг ударом в треугольник возвестил, что ужин готов. Ковбои собрались к столу, и Горман, оставив больного на попечение Кармен, присоединился к ним.

Ковбои на ферме Марсдена были веселый и добродушный народ. Их было человек двадцать, и самому старшему было не более сорока лет. Горман окинул их опытным взглядом и невольно сказал себе, что Лоу стоит ниже многих из них, и еще раз удивился тому, что Марсден выбрал его управляющим. Лоу между тем представил его ковбоям, и Горман пожал руку каждому. Сидя за ужином, он прислушивался к обрывкам разговоров, к шуткам и замечаниям о ферме и работе, к намекам на прошлые ссоры и на возможность будущих столкновений. Джаксон сильно выделялся; он был лучшим наездником на ферме, и ему поручалось объезжать молодых лошадей. Товарищи им гордились. Зависть была чужда этим простым, добродушным людям. Трудно было представить, чтобы кто-либо из них покушался на жизнь своего хозяина, о котором все отзывались хорошо. Но Горман внимательно следил, не достанет ли кто-нибудь спички, подобные тем, которые он нашел на холме у скамейки.

— Ребята, — заявил он в конце ужина, — я уверен, что вы и ковбои с фермы Круг «Д» жили дружно до этого печального случая.