На ближайшей улице его поджидал адвокат Шастер.

Вместе они сели в лимузин. До этого незнакомец успел снять маску.

Это был генерал Ино.

- Хорошие новости? - спросил его Праудмен Шастер.

- Мы во всеоружии, - ответил Ино.

- Теперь вы не проиграете ни единого пари? - спросил адвокат-интриган.

- Ни единого.

- Какое же это имя?

Генерал Ино достал цидулку, которую отнял у сенатора Фанстона, и дал Праудмену Шастеру прочитать написанное на ней имя.

- Томас Джефферсон, великий демократ! - воскликнул Праудмен Шастер.

Сенатор Фанстон пришел в себя, несколько раз тяжело вздохнул, встал и шатаясь направился к своему чемодану. Вытащив оттуда большой шестизарядный револьвер, он отправился на поиски своего посетителя.

Рыская со своим оружием взад и вперед по Делавэр-авеню, он обратил на себя внимание полицейского и чуть было не угодил в тюрьму, после чего тяжелой поступью вернулся к себе домой и, зайдя на кухню чего-нибудь выпить, натолкнулся на бедную служанку Орхидею.

Освободившись от своих пут, Орхидея начала рассказывать, что с ней произошло, в результате чего сенатор Фанстон убедился, что эта темнолицая женщина умеет ругаться как сапожник.

Сенатор Фанстон подошел к телефону и по междугородке связался в Нью-Йорке с Доком Сэвиджем.

Когда послышался замечательный голос Бронзового человека, сенатор сообщил, что произошло.

- Но мне удалось перехитрить их, - сказал сенатор. Затем повернул голову и приказал: - Прекрати материться, Орхидея!

Орхидея сидела на кушетке возле телефона, извергая вполголоса ругательства. Негритянка сразу умолкла под леденящим взглядом сенатора.