Демократия вон какие возможности деловым людям открыла…

– "Демократию время от времени надо купать в крови", – перебила его Ольга. – Так считает генерал Пиночет, а вы как на этот счет, мон женераль?

– Я с вами серьезно, а вы… – поджал губы Костров.

– И я вполне серьезно, – усмехнулась она, отпив глоток "Кампари". – А вдруг прав Пиночет, а?..

– И еще дам совет, голубушка, – гнул свою линию Костров. – Пользуясь выпавшей оказией, переведите свои счета в Швейцарии на отца. Папаша ваш – голова! За год-другой состояние родной дочери он удвоит и утроит. Плохо ли вам без забот и тревог?..

– С его подачи в уши жужжите? – отстранилась Ольга.

– Как можно, Ольга Викторовна! – вспыхнул Костров. – Совет на правах старого друга, поверьте, ненаглядная моя.

– Не поверю, Николай Трофимович! – Ольга кинула на Кострова долгий насмешливый взгляд из-под опущенных ресниц.

– Отказываюсь понимать ваш.., извините, ваш гонор, Ольга Викторовна! – обиженно пробормотал тот.

– Поймете когда-нибудь, – усмехнулась Ольга и пригубила неразбавленного "Кампари", давая понять, что тема разговора исчерпана.

Костров с его прагматизмом, выработанным за многие годы работы в КГБ СССР, действительно не всегда понимал эту красивую, взбалмошную, а порой и вызывающе наглую особу. Еще в восемьдесят девятом году он привлек к сотрудничеству Ольгу Коробову, никому не известную тележурналистку, выпускницу журфака МГИМО, и специально создал под нее торгово-закупочную фирму "СКИФЪ" с практически неограниченными уставными возможностями.

В предчувствии худших времен, по замыслу папаши Коробова, тогда еще функционера аппарата ЦК КПСС, фирма "СКИФЪ" должна была аккумулировать деньги, вложенные в подставные коммерческие структуры, и служить легальным каналом для их перевода в зарубежные банки.