Я думала, что его удивит электрический свет, внезапно разрезающий темноту. Чем это могло ему показаться? Но он совсем не удивился, и я вспомнила, что он видел фонари над площадью и аллеей во время ночных выходов.

Мы сговорились относиться к нему без излишних нежных обращений и жалостных интонаций, спокойно и ровно. В первые дни у Колбата был такой печальный и больной вид, что мы ободряли его, говоря:

– Подожди, собака, поправишься, все будет хорошо.

И Колбат понимал в нашем тоне что-то хорошее для себя и подходил к нам.

К Андрею, кроме того единственного раза, он больше не проявлял вражды и спешил на зов, видимо поняв его добрые намерения.

Через пять дней Колбат пропал снова. Теперь он ускочил в открытую мною дверь, и нашла его Лена. Возвращаясь из школы, она заметила, что перед воротами военного городка собралась толпа мальчишек. Мальчишки от кого-то бегают, падают в снег и хохочут. Подойдя, она увидела Колбата. Он с азартом припрыгивал за ребятами, хватал их за пальтишки и нарочно покусывал за валенки. Больная лапа была развернута и на месте перелома сильно болталась на бегу. Увидев Лену, он поскакал к ней на трех ногах.

Лена грозно приступила к ребятам.

– Это кто из вас снял повязку?

Ребята, струхнув, ответили, что развязал Мишка, который убежал.

– А может, это наша собака? – сказал один из них. – Вон как она нас знает!

– Ваша! – с достоинством ответила Лена. – А вот поглядите!

Лена не знала, послушается ли ее Колбат, но хотелось доказать ребятам, что она – хозяин такого ученого пса. Она подняла руку, как делал Савельев, затем опустила ее, приближая к себе, и приказала:

– Ко мне!

Колбат подобрался к Лене с левой стороны и посмотрел на нее снизу вверх. Лена торжествовала.

– Видите? – сказала она строго. – И чтоб больше с псом вы не баловались. Он ученый и наш!