— Господи, — говорила она, — так ведь это… Это Она. Любовь…
Любовь, с лицом Одина, собрала и назначила всех участников ее удивительного спасения.
И тогда она поняла. Поняла, что в разыгранной мистерии не было, и не могло быть ни одной второстепенной роли…
6
— Да, улыбался в бороду Один. — Все были при деле. Каждый прочувствовал и пережил свою роль.
И в тот день, и в тот час, в тот миг были все на своих местах. И все были, как никогда, искренни и талантливы! И не было ролей плохих, а поступков дурных! — Словно режиссер, восхищенный игрою своих актеров, и не скрывающий этого, Один, в который раз покинул свой трон.
— Был план, — пояснил Ангел справа, в желтом хитоне с голубым подбоем. — Был План Верховного. Было Действо.
— Он набросил на Сущность такой же хитон, который казался плотным, но был не тяжелее мысли.
— И была душа, — алый газовый хитон Ангела слева, что держал в тонких пальцах зажженную свечу, трепетал перед сполохом ее внутреннего огня.
— Были души. — Уточнил Ангел Небесного воинства. — Были: боль, страдание, ужас. Были стыд и отчаянье, страсть и ненависть…
— Была жизнь, — сказал Ангел справа. И взмахнул желто-голубыми крыльями хитона. И на синем безоблачном небе засияло золотом солнце.
— И была любовь. — Сказал Ангел слева.
Он тоже поднял свои крылья, и алый свет хитона явил восход того самого солнца, что золотой монеткой висело в рекламном небе. И когда монетка превратилась в алую капельку крови, Ангел в красном сказал:
— И была смерть…
7
Внезапно, где-то высоко, на хорах, там, где Престолы
— Прошла.
— Прошла? — Переспрашивали всюду.
— Прошла, прошла! — Подтверждали с хоров судьи, в чьи руки Один передал атрибуты своей неограниченной власти…