– Состояние стабилизировалось, – доложил кум. – Это, в смысле, физическое. Что же насчет морального… Дело в том, что здесь, в Ижме, психов не держат, и ближайшего психиатра можно найти разве что в Печоре или Ухте…

– Ну а наркологи? – перебил я.

– Местных алкашей лечить и не пробуют. Пустое. Если у кого-то вдруг случается «белочка», то его связывают колхозом местные мужики. А потом вызывают обычную «скорую». Вот и все лечение… А у Кристины случай гораздо сложнее. Местные лекари предлагают перевезти ее обратно в Москву, в хороший дурдом.

– Ну и?..

– А откуда, скажи, взять на это лечение денег?

– Продайте свой джип «гранд чероки».

– Да иди ты, – раздраженно махнул рукой мой собеседник. – Джип старый, за него ничего не дадут. А так бы продал. Нет, обратно в Москву – это не выход. Надо держать Кристину в этой глуши, подальше от дури… – Кум поднялся, перегнулся через стол, опершись на него ладонями, и вперил в меня пронзительный взор. Совсем не тот взор, который я у него привык наблюдать. – Константин, ты мне поможешь… ты нам поможешь?

Я молчал.

– Кристина требует к себе в палату тебя. И ничего больше. Ее пришлось привязать. Она отказывается от еды. Она грозится в конце концов убежать и утопиться в реке.

– Я не психиатр, начальник, – спокойно заметил я. Но для меня уже начали вырисовываться определенные перспективы тех выгод, которые смогу выгадать для себя.

– Да и насрать, что не психиатр! – любящий дядюшка чуть не плакал. – Ты единственный, кто может управлять ею. Ты единственный, к кому она сейчас проявляет хоть какой-нибудь интерес. Ну, конечно, кроме наркотиков. Ей не нужна ни ее мать, ни я. Да ей не нужна и она сама. Зато она добивает меня вопросами, что случилось с тобой. Куда ты пропал? Какая-то интуиция ей подсказывает, что у тебя проблемы…