— Это неплохо, Александр Андреевич, да вот что беспокоит меня, весточки все нет из России. Что там случилось?

Кусков медленно обежал глазами горизонт, точно все еще надеясь вдруг увидеть паруса приближающегося корабля. Но все было без перемен. Куда ни кинешь взгляд — повсюду ширь безграничного океана, по которому-то там, то здесь вздымаются белые гребни заваливающихся волн. Ни корабля, ни даже утлого суденышка…

Баранов задумчиво посмотрел на океан…

— Да, что-то там случилось. «Феникс», как видно, погиб. Сам помнишь, в прошлом году мы с тобой нашли обломки с корабля, ящик свечей, которые, надо полагать, наш новоявленный епископ Иоасаф вез сюда… Знаешь, Иван, я думаю, нужно нам с Ларионовым на Уналашке связаться… Может он что знает. Давай-ка, отбери кого покрепче, снабди две байдарки, да пусть попробуют, авось доберутся до Ларионова.

Кусков посмотрел на своего патрона с некоторым замешательством…

— Нелегкий это путь, Александр Андреевич, смотри, каков океан-то! Посылаешь их на верную погибель!

— Знаю, не слепой! — с раздражением бросил Баранов. — Выбора у нас нет: или рискнуть двумя или тремя людьми, или же всем сидеть здесь, сложа руки, и ждать голодной смерти. Смотри, как цинга уносит наших работников одного за другим. Ведь скоро некому будет и рыбу ловить Нет мочи ждать больше! Иди-ка, иди, оснасти пару байдарок. Путь трудный, сам знаю, но… мы сами-то его осилили, когда сюда ехали, сделали невозможное. Вот и сейчас нам нужно вделать такое же невозможное дело — надо думать о спасении всей нашей колонии здесь. Ну а если неудача, потонут, на то и Божья воля, помолимся за души усопших, монахи панихиды отслужат, — добавил он с кривой усмешкой.