По крайней мере, Вадиму именно так все объяснили. Может, из воспитательных соображений, а может, и вправду так оно и было.

Однако смерти Мутки никто не желал и не ждал. Правда, и переживать особо, когда она умерла, не переживали. Все-таки возраст почтенный – за 80. Вадим, если честно, только после похорон сообразил, что у него теперь будет своя комната. А Эльза расстроилась – ей хорошо жилось с Вадимом, она ведь его, фактически, вырастила. Родители, как и все, работали. До недавнего времени по 6 дней в неделю, и только последние несколько лет, когда суббота стала выходным, смогли какое-то время уделять сыну. А так – все на ней: и хозяйство, и внук.

…Вадим дошел до раздела «Гражданская война» и сразу вспомнил семейную историю, которая для него стала конкретной иллюстрацией школьной программы по истории. Одно дело слышать «брат пошел на брата», а другое – точно знать, кто эти «братья» были…

Случился этот эпизод несколько лет назад.

За столом на тесной терраске дачи в Кратово собралась почти традиционная компания. Родители Вадима Осипова, его бабушка Эльза – мамина мама, бабушка Аня – папина мама, та, которую в 36-м посадили, и Елена Осиповна – хозяйка дачи. «Почти традиционная», потому что бабушка Аня жила отдельно от семьи сына и весьма редко приезжала к ним в гости. Елена Осиповна давно уже похоронила мужа, профессора-химика, кавалера ордена Ленина, баловня советской власти, похоронила дочь, съездившую с делегацией в Африку и заболевшую там экзотической болезнью, от которой у нас лечить не умели. Теперь она жила на даче, а ее двадцатилетний внук в выходные наведывался на природу выпить с друзьями.