Город изо всех сил боролся с чудесным летним вечером, подаренным природой. Сладкий воздух пропитался автомобильными выхлопами, редко стоящие липы свирепо поглощали углекислый газ, но это не приносило ощутимых результатов. Было шумно, пыльно и душно. Машины похрипывали, раздражённо тычась друг в друга на светофорах. Люди с одинаково озабоченными лицами стремились к метро с такой целеустремлённостью, как будто слышали из-под земли таинственный зов.

— Мам, видишь ту женщину? — спросил Антон, притормозив и неопределённо мотнув головой.

По тротуару дефилировало множество женщин, но его мать мгновенно опознала ту самую, о которой шла речь. На ее взгляд, ничего особенного. А впрочем…

— Какую? Вот эту? В сером костюме, да?

У матери был легкомысленный тон. Она ожидала, что сын сейчас сделает какое-нибудь шутливое замечание. Он обожал цепляться к девицам и выносить каждой «приговор, не подлежащий обжалованию».

— Эту.

— Да, вижу.

— И как она тебе?

— Ну… Как, как? — Мать быстро посмотрела на собственное чадо и с энтузиазмом добавила: — Нравится! А что?

Антон улыбнулся, нажал на газ и помчался к перекрёстку, бросив довольный взгляд в зеркальце заднего вида.

— У меня с ней роман.

Мать молниеносно развернулась, но было уже поздно, они отъехали слишком далеко, и рассмотреть избранницу сына как следует не представлялось возможным.

— Почему ты не посадил ее в машину?! — возмутилась она, всплеснув руками.

Антон хмыкнул и пояснил:

— Она бы не села. Дело в том, что мы еще незнакомы. Я даже не знаю, как ее зовут.

— А как же ты говоришь, что у тебя с ней роман? — опешила мать.

— Это правда. У меня — с ней. Это односторонний роман. Из окна моего кабинета видно ее рабочее место. Полагаю, она секретарша. Вся ее жизнь — по будням, разумеется, — у меня как на ладони. Я подумал, что мне нужно жениться на ней.