Вика поцеловала меня, чуть прикоснувшись губами к щеке, и прошла в ванную комнату. Когда послышался шум воды, я достал это чёртово виски, допил шампанское и налил зарубежное зелье прямо в фужер. Кассета щёлкнула и отключилась, трогать импортный магнитофон я не решился и потому остался сидеть в тишине.

 Я сидел и думал. Почему-то в голову лезли мысли о матери, которая наверняка себе места не находит, последний раз я звонил домой из общаги пару дней назад. Я тогда был в хламину пьяный, и на все её крики и просьбы вернуться домой отвечал лишь глупым хихиканьем. К тому же вокруг меня толпилась целая банда моих собутыльников, которые комментировали моё общение с матерью дурацкими шуточками. Потом совсем уж не к месту вспомнился недоделанный курсовой проект, и то, что последний срок сдачи давно прошёл. И тут же появились мысли о том, что моя обувь осталась в квартире Митеньки, и что даже если придётся спасаться бегством, то мне предстоит прогулка босиком. Я помотал головой, пытаясь отогнать весь этот бред и начать думать только о женщине, которая сейчас плещется под душем.

Внезапно шум воды прекратился, и я очнулся. Тут же не мудрствуя лукаво залпом опустошил фужер, и даже не почувствовав вкуса напитка, стал запивать шипящей колой прямо из маленькой бутылочки. Когда Вика, укутанная в полотенце, вышла из ванной, я, несмотря на её запрет, курил сигарету.

- Я жду, - только и сказала женщина.

Я встал и всё же решил тоже зайти в ванную. Мысль о том, чтобы принять душ я сразу же отбросил, как только встал из-за стола. Хорошо бы было просто добраться до этого самого душа. Меня качало и болтало из стороны в сторону. Но я собрал всю волю в кулак, и вот так, по стеночке-по стеночке и добрался до ванной комнаты. Я первым делом снял свои вонючие - а какие они должны были быть, по-вашему?! - носки и засунул их в задний карман джинсов. Потом выдавил на палец зубную пасту и изобразил подобие чистки зубов.