Снял рубашку и как мог, застирал ворот, зачем это было нужно, я не знал, но мне почему-то казалось, что делаю очень важное дело. И уже собираясь уходить, увидел на полочке флакончик одеколона, наверное, мужниного. Я мало представлял, как к этому отнесётся ожидающая меня женщина, но решил что пусть лучше запах мужа, чем запах пота. Я отвинтил крышечку, немного вылил в ладонь и энергично протёр шею и подмышки. Решив, что вполне готов, я открыл дверь и вышел в тёмный коридор.

Из-под двери одной из комнат выбивался свет ночника. Я, стараясь сохранять равновесие, открыл дверь в спальню и увидел Вику, лежащую на широкой кровати. Комплексом супружеского ложа женщина как видно не страдала. Такие огромные кровати я видел только в зарубежных фильмах. Женщина открыла глаза и улыбнулась.

- Выключи свет, пожалуйста, - слово «пожалуйста» далось мне с большим трудом.

- Ты что стесняешься?

- Не привык как-то, при свете, - «Конечно, блин стесняюсь, особенно своих дурацких семейных трусов в идиотский цветочек!».

Женщина щёлкнула выключателем, и я, присев на краешек кровати, стал сдирать с себя джинсы вместе с трусами. Вика откинула одеяло, обхватила меня руками за шею и повалила на спину.

Такой женщины у меня не было никогда. Все мои прежние подружки не годились Вике в подмётки. Страсть и опыт. Она, видя моё совсем не боевое состояние, сразу же взяла инициативу в свои руки. И не только. Она гарцевала на мне, как искусная наездница. Она такое вытворяла, что, даже зная, что это в принципе не возможно я стал переживать, как бы мой член не переломился пополам. Короче говоря, меня отымели по-полной программе.

Когда с рёвом и гиканьем мы заканчивали свой первый заезд, то свалились с кровати, и я почувствовал, что лежу на чём-то волосатом. Немного отдышавшись, я провёл рукой вдоль своего тела и понял, что лежу на какой-то шкуре.

- Это чья шкура? – отдышавшись, поинтересовался я.