«…и вновь продолжается бой

И сердцу тревожно в груди…»

- И Ленин такой молодой, и юный Октябрь впереди! – как по команде грянули, мы, все троя.

- Давайте и мы продолжим наш бой! – я вернулся в комнату и разлил водку по рюмочкам. Мы выпили и допели вместе с Лещенко бодрую комсомольскую песню. Нам почему-то стало очень смешно. Вы же помните, как в молодости вдруг становилось ужасно хорошо и весело, без всякого казалось бы повода.

- Тише, мальчики! – насторожилась Ленусик и махнула рукой, стараясь прекратить наш безудержный смех. - Ну, вот, Олич кричит!

Трёхмесячная девочка Оля спала в соседней комнате, а теперь проснулась от нашего гогота и криком потребовала маму. Ленусик соскочила с дивана, быстро затушила сигарету и заторопилась к дочери. А мы с папой Митенькой, захватив почти пустую пачку с взлетающей ракетой, вышли на балкон.

- А где у тебя мать и все остальные? – спросил я.

- Маман с сеструхой на дачу к кому-то поехали. У мамки отгулов скопилось много, вот и решила отдохнуть, - Митенька настойчиво крутил ручку настройки транзистора стараясь поймать что-нибудь зарубежное.

- А она у тебя в каком сейчас звании? – я заметил, что в доме, напротив, в окне мелькнула симпатичная девушка.

- Майор. Она у меня сейчас в ОБХСС служит, - кроме «Маяка» Митеньки так и не удалось ничего найти.

- Ни фига себе! – я с уважением взглянул на друга. - На страже социалистической собственности, значит у тебя маман, да?!

- Ага, - усмехнулся Митенька. - А сынок тушёнку и сгущёнку из рефрижераторов толкает налево.

Когда Митенька и Ленусик вынуждены были пожениться – «причина» сейчас лежала в соседней комнате и орала благим матом, – моему другу в кое-то веки пришлось зарабатывать деньги самому.