Через пару часов на полу лежала целая куча книг со странными завораживающими названиями, такими, как «Изумрудная скрижаль», «Разоблаченная Изида», «Астрология событий», «Практическая магия», «Тайны Ордена Храма».

Выбрав более пяти десятков томов, Антон сдул с них пыль и сложил в несколько рядов у стены. Потом он освободил письменный стол, нашел чистую тетрадь, железное перо и заполнил склянку чернилами. Теперь он полностью уйдет в работу, как учил его профессор. Он забудет о страхе, ибо теперь у него есть цель — независимым теоретическим исследованием выяснить для себя истинность донесений «Филина».

Первая книга, которую он взял в руки, имела соответствующее название — «Тайная доктрина». Антон читал и читал, сначала с недоверием, а затем все с большим интересом. Потом книги стали сменять одна другую, а чистая тетрадь начала пополняться множеством заметок. Вскоре наступило время, когда он стал просыпаться с непреодолимым желанием снова углубиться в книги и записи.

Летели дни, шли месяцы. Антон уже не вспоминал о своей диссертации, считая ее детским лепетом, пустышкой, не имеющей ни научного, ни практического значения.

Он уже задавался совсем другими вопросами. Его интересовало, были ли за последние просвещенные столетия хоть какие-нибудь энтузиасты, которые реально попытались отыскать, например, Святой Грааль, или хоть что-нибудь воспроизвести по трудам средневековых алхимиков, которые до сих пор тысячами пылятся в европейских архивах. Если магия, алхимия, астрология есть заблуждение и ложь, то почему на протяжении многих столетий монахи тайных орденов, спириты и адепты-философы продолжали изучать эти якобы лженауки, создавая свои труды, набирая учеников, и даже добивались при этом огромных богатств? Отчего многие уважаемые нынешним веком исторические личности, ученые и писатели, такие как Исаак Ньютон или Артур Конан Доил, серьезно увлекались алхимией и спиритизмом? Неужели все они были лишь наивными заблуждающимися романтиками? Неужели они были настолько глупы, что-бы, не получая никакого результата, всю жизнь продолжать заниматься тем, чего нет?