Чем больше Антон углублялся в книги, чем больше он думал, тем яснее понимал, какой страшной силой могут обладать те, кому удалось познать секреты этих тайных наук, отторгнутых современными ортодоксами.

Антон не раз представлял себе «Филина» — советского резидента, донесения которого так и не желает принимать его руководство, состоящее из узкомыслящих материалистов — атеистов, преследующих сугубо прагматичные интересы.

Пришла весна, и Антон все чаще стал отвлекаться от работы.

Снег во дворе потемнел, скукожился и растаял. Иглы сухих веток зазеленели, и пустота вокруг дома заполнилась свежей майской листвой. Зацвели сады. Они манили Антона дурманящими запахами, но он так и не решался без надобности выходить на улицу, несмотря на то, что им уже давно владело непреодолимое желание покинуть свое убежище, которое за эти месяцы стало ему настоящей тюрьмой.

Все это время он был один, видя лишь профессора, который периодически приезжал к нему, чтобы поделиться новостями и принести деньги, после того как они у Антона закончились. Других людей он видел лишь в магазине, что рядом со станцией, когда изредка ходил туда за продуктами. За всю зиму лишь раз ему пришлось разговаривать с каким-то бдительным дачником. Невысокого роста мужичок настороженно вошел в калитку и постучал в дверь.

— Вы кто? — с подозрением спросил он, когда Антон открыл дверь.

— Сторож, — ответил он. — Профессор нанял меня.

— А что, воруют? — поинтересовался мужичок.

— Говорят, осенью несколько дач обокрали. А вы кто?

— Сосед, что напротив.

— А документы есть? — нашелся Антон.