(Дважды качает сложенным веером.) Мистер Ноиз. Раз уж вся компания собралась здесь, чтобы поговорить именно о деньгах, да еще с удовольствием, вы должны быть достойно вознаграждены. Я бы не пожалел для вас двух цветников и аллеи апельсиновых деревьев. Миссис Пирпойнт. А вы не слишком щедры, мистер Ноиз. Мистер Ноиз. Пока что я не достаточно богат, чтобы предложить вам больше, однако очень скоро все изменится. (Светским тоном, почти не глядя на нее.) В настоящий же момент, находясь в обществе тринадцати человек, владеющих большим куском английской земли, вы бы могли рассматривать эти два цветника и апельсиновую аллею как начало, и будучи дамой... в итальянском вкусе (переглядываются), вы, мадам, должны оценить апельсины по достоинству. У них такой чудесный аромат и освежающий вкус. Женщина, стоящая справа, элегантно обмахивается веером. Конец вступительных титров: имя режиссера Питера Гринуэя ложится на финал музыкального сопровождения... и акцентируется недружными аплодисментами. Певец. "...Даже статуи дышат". Две беседующие дамы, мать и дочь, едва смотрят друг на друга. Одна стоит впереди, другая за ее спиной. Их темные локоны почти полностью скрыты под высокими перламутрово-белыми уборами. Перед ними - величественная композиция из фруктов и тыкв. 101 Миссис Герберт (старшая, мать второй). Как ты думаешь, твой отец пригласит мистера Нэвилла сделать рисунки нашего дома? Миссис Тэлманн. Может статься, шансы мистера Нэвилла, да и ваши тоже, увеличатся, если вы пригласите его сами? Миссис Герберт. О, для меня это слишком уж сложно. Твоего отца может удивить несвойственная мне смелость. Миссис Тэлманн (слегка улыбаясь). Ну, значит, вы удивите его, а, возможно, и мистера Нэвилла. Но если это пугает вас, матушка, мы могли бы обвинить во всем самого мистера Нэвилла. Мистер Нэвилл стоит между мистером Клементом и мистером Тэлманном и держит тарелку со сливами. Их освещают две свечи. Мистер Нэвилл. В моей власти порадовать или огорчить заказчика, изобразив его дом в тени...