Через полторы минуты, время, затрачиваемое на надевание платья и несколько мазков пудры, следовало ожидать появления Аиды; мы бы вполне успели избежать с ней встречи, если бы нас не остановил прежде невидимый обитатель ванной. Он стоял в дверях, вытирая мокрую голову почему-то моим полотенцем. Он сперва очень тепло поздоровался с нами, спросил, как мы поживаем, и сразу вслед за этим стал настойчиво приглашать нас в гости.

- Спасибо, - сказал Адик. - Мы к себе.

- Как можно? - удивился этот молодой человек, он подошел к нам поближе, ради справедливости должен отметить, что это получилось у него с первой же попытки. Он подошел и сказал, что его зовут Самед, представились и мы, после чего он повторил приглашение, и Адик снова отклонил его.

- Что ж, - сказал наш новый знакомый. - Вы, наверно, думаете, что я вам не пара?

Адик в краткой форме, но убедительно и горячо опроверг это оскорбительное для порядочного человека предположение, улыбка на лице Самеда была восстановлена, и он объяснил нам, что он таксист, работает во втором парке без напарника, и что он всего в жизни добился своими руками, без чужой помощи.

За шесть лет, прошедшие после того, как дядя съехал с квартиры, я был представлен в разное время двум врачам и одному медбрату. Таксиста я видел впервые.

- Тебе письмо и денежный перевод, - сухо сообщила мне Аида. - А ты иди в комнату! - вполне приветливо Самеду.

Аида была, как всегда, сдержанна. К постоянному букету борной и пудры "Кармен" примешивался запах каких-то духов неслыханной убойной мощи. Я отступил сантиметров на восемь - десять, но это незамеченным не осталось.

- Это мои друзья! - сообщил ей Самед. - Ребята, - сказал он нам, - если вас кто-нибудь обидит, кто бы он ни был, вы мне сообщите. Я за вас любого...

- Пошли! - сказала Аида.