Поднялись охапки сена. - Tiberio imperante!2 - запел слепой Пилат, и короткий вой римских центурий прокатился по крышам Ершалаима: - Да здравствует император! - Iesus Nazarenus, - воскликнул Пилат, - Tiberio imperante, per procuratorem Pentium Pilatum supplicio affectus erit!3 Сына Аввы, Вар-Раввана выпустить на свободу! Никто, никто не знает, какое лицо было у Вар-Раввана в тот миг, когда его подняли, как из гроба, из кордегардии на лифостротон. Этот - --------------------------------------1 Не имеем царя, кроме Кесаря! (лат.) 2 По приказанию Тиберия (лат.) 3 Иисус Назарет по приказанию Тиберия посредством прокуратора Понтия Пилата будет казнен (лат.) человек ни на что в мире не мог надеяться, ни на какое чудо. Поэтому он шел, ведомый за правую здоровую руку Марком Крысобоем, и только молчал и улыбался. Улыбка эта была совершенно глупа и беззуба, а до допроса у Марка-центуриона Вар-Равван освещал зубным сиянием свой разбойный путь. Вывихнутая левая рука его висела как палка, и уже не ревом, а стоном, визгом покрыла толпа такую невиданную улыбку, забросала финиками и бронзовыми деньгами. Только раз в год под великий праздник мог видеть народ человека, ночевавшего уже в объятиях смерти и вернувшегося на лифостротон. - Ну, спасибо тебе, Назарей, - вымолвил Вар, шамкая, - замели тебя вовремя! Улыбка Раввана была так трогательна, что передалась Иешуа, и он ответил, про все забыв: - Прямо радуюсь я с тобой, добрый бандит, - иди, живи! И Равван, свободный как ветер, с лифостротона, как в море, бросился в гущу людей, лезущих друг на друга, и в нем пропал.

* * *

Чтобы занять себя, Левий долго перебирал в памяти все известные ему болезни и очень хотел, чтобы какая-нибудь нашлась бы так-таки у Иешуа. Но чахотки самой верной так-таки и не было, да и других тоже. Тогда он, открывая очень осторожно правый глаз, минуя холм, смотрел на восток и начинал надеяться, что там туча.