За долгие годы на веслах многие из них огрубели и работали молча: весь их мир сжался до неизменного ритма, управляющего ударами весел: напряжения всех сил при гребке, короткого расслабления, когда весло идет вперед, и секундного отдыха перед тем, как напрячь мышцы для следующего гребка. Пот смешивался с кровью, выступавшей на спинах от ударов бича надсмотрщика, и рабы один за другим падали в изнеможении, но упавшего ждало жестокое избиение, а его место занимал гребец из резерва. Безжалостный ритм не должен нарушаться.

Тридцать гребцов правого борта носовой части галеры первыми почувствовали хватку Харибды. Всего в шести футах от них, с внешней стороны корпуса корабля, течение водоворота неслось со скоростью двадцати узлов. Подчиняясь ритму барабана, гребцы завели весла вперед и одновременно погрузили лопасти в воду. В одно мгновение весла вырвались из их рук и, увлекаемые течением, развернулись параллельно корпусу галеры. Послышались отчаянные крики рабов в двух нижних рядах — весла верхнего ряда, длиной пятнадцать футов и весом пятьдесят фунтов, повернулись в уключинах, убив и покалечив многих гребцов. Секунду спустя та же участь ждала вторую группу из тридцати гребцов: повинуясь ритму барабана, они погрузили весла в водоворот. На нижней палубе весь правый борт был объят хаосом. Левый борт продолжал грести в полную силу, захлопывая капкан.

Воздух вокруг Каралиса наполнился треском ломающегося дерева и криками боли с нижней палубы, а «Сидон» резко накренился, потеряв тягу правого борта. Капитан бросился к поручням по правому борту и увидел, как вторая группа весел ударяется о корпус; воздух вновь огласился звуками, свидетельствовавшими о катастрофе, случившейся с кораблем.

— Великие боги… — прошептал он и, увидев причину несчастий, содрогнулся от страха.

Галера все еще разворачивалась вправо, так как рабы по левому борту продолжали грести, направляя бронзовый таран прямо в водяную воронку. Возникло ощущение, что кто-то из богов схватил «Сидон» и развернул, отчего Каралис и стоявшие рядом с ним матросы попадали на палубу. Выстроившиеся на корме лучники полетели за борт. Их крики скоро смолкли — людей мгновенно засосало в пучину.