– Это почему же так много? – возмутился Зорро.

– Потому что у тебя пистолет, – пояснила Валя. – Или, может, это у тебя игрушка?

– Не твоего ума дело! – огрызнулся злоумышленник.

– Не хочешь – не отвечай, – пожала плечами Валентина. – В принципе, по закону это без разницы, настоящий у тебя револьвер или детский пугач. Главное, что ты меня напугал до полусмерти.

– Как это без разницы? – Зорро вытащил из-за пояса оружие и несколько раз нажал на спусковой крючок. Раздался металлический щелчок. В кабине лифта запахло дымком. Потом он вынул из кармана пистон и продемонстрировал Валентине. – И вот за это десять лет? – возмутился он.

– Там еще третья часть есть, – вдруг вспомнила Валентина. – Если имущество потерпевшей потянет на особо крупный размер, ты получишь пятнашку.

– Пятнашку чего? – не понял Зорро.

– Пятнадцать лет, – гордо пояснила она.

– А сколько это – крупный размер?

– Миллион рублей.

– Ну-у, – протянул Зорро. – Миллиона тут точно нет.

– А ты почем знаешь?

– Шутишь? Миллион за облезлую норку, которую твоя подруга носила уже пару лет, да за эти убогие стекляшки? – он вытащил из кармана бриллианты, подержал их на ладони так и эдак. Камушки блеснули гранеными боками. – Стекляшки! – констатировал он.

– Зачем тогда брал, если стекляшки? – напустилась на него Валя. – Отдавай обратно.

– Не отдам! Мне долг платить нечем.

– Ага! – обрадовалась Валентина. – Сначала говорил про лекарства, теперь про долг. Ну и кто из нас больший врун?

– Операция и долг, между прочим, между собой тесно связаны, – тихо проговорил Зорро.

– Ну да! Ну да! – с готовностью закивала пленница. – Матушки у тебя нет, значит, в операции нуждаешься ты! – Она осмотрела его ладную спортивную фигуру с головы до пят и пренебрежительно фыркнула: – Судя по твоему «хилому» виду, ты задумал испробовать на себе чудеса пластической хирургии.