Как только я доложил подполковнику о ЧП в магазине, он говорит: «Звони Бирюкову. Если вернулся из отпуска, пусть с сегодняшнего дня исполняет обязанности старшего опера». Так что поздравляю. — Слава помолчал, лицо его стало серьезным. — Вообще-то нам с Леной сегодня выпало суматошное дежурство. Среди ночи на районной подстанции дежурный электромеханик сгорел. Хмельной сунулся под напряжение, а оно там — не дай бог. Пришлось прокурора вызывать. Только с подстанции вернулись в отдел, началась гроза. Едва на небесах отгремело, звонит участковый — у промтоварного магазина замок взломан и стекло из окна выставлено. Вот и мчим туда.

Лена Тимохина, повернувшись к Бирюкову, проговорила:

— Ужасное зрелище на подстанции. У потерпевшего даже руки обуглились. Никогда не видела столь сильного поражения электротоком. До сих пор не могу прийти в себя.

— На нашей работе, Леночка, всего насмотришься, — с наигранным спокойствием сказал Голубев.

Бирюков посмотрел на следователя Маслюкова:

— Что-то Василий Алексеевич молчит?..

— Приедем — на месте происшествия наговорюсь, — мрачновато ответил следователь.

У промтоварного магазина толпились любопытные. Среди них выделялся одетый по форме усатый милиционер, в котором Антон узнал участкового инспектора. Когда машина остановилась, участковый подошел к ней и виновато сказал:

— Вот, понимаете ли, беда стряслась…

Оперативники вылезли из машины.

— Давно обнаружили? — спросил участкового Маслюков.

— Гроза стихла в шесть утра. Как сердце чувствовало, пошел по участку. Подхожу к магазину — стекло в окне выставлено. Я — к дверям. На парадной, тэ сказать, все запоры целы, а со двора — замок вместе с пробоем выдернут, — участковый показал на круглолицую румяную женщину. — Вон заведующая магазином…

Видимо, догадавшись, что разговор коснулся ее, женщина подошла к оперативникам, поздоровалась.