Ночь выдалась безлунная, темная, воздух был холодный и чистый. Звезды сияли льдистым северным светом. Куттер находился сейчас на траверзе бухты Сиото, южная оконечность которой представлял мыс Пуант-дю-Розель, а за ним на шесть миль до Картерета простирался низкий, покрытый дюнами пляж. Именно на этой широкой полосе песка располагалась их точка рандеву: к зюйду от мелей Сюртенвилля и к норду от Роше-дю-Ри.

- На параллели Бобиньи, - уточнил Гриффитс, указывая на деревушку, лежавшую в миле за грядой дюн. – И будем молиться, чтобы не было волн.

Дринкуотер разделял его беспокойство. На западе простиралась вечно беспокойная Атлантика, чья мощь едва ли умерялась островами Пролива и окрестными рифами. Прибой должен были быть на пляже у Бобиньи практически неизбежно, обрушивая мощные валы на слежавшийся песок. Дринкуотер отчаянно уповал на то, что неделя, когда ветер держался с норда, сделает свое дело, и, умерив волны, сделает возможной высадку.

Натаниэль склонился над потайным фонарем. Последние песчинки перетекли из получасовой колбы, и он перевернул склянки, держа в руках грифель с расчетами. Судя по ним, они достигли цели.

- По расчетам, сэр, мы у сюртенвилльской банки, - доложил он Гриффитсу.

- Отлично, мы подойдем ближе к берегу. Всех наверх, будьте любезны.

- Есть, сэр.

Натаниэль повернулся.

- Мистер Дринкуотер… Проверьте шлюпки. После вашего отхода я спущу вторую гичку. И еще, мистер Дринкуотер…

- Сэр?

- Возьмите два заряженных мушкетона… - Гриффитс оставил фразу неоконченной.