- Как будто, - ответил Франк со смехом. - Все берутся за руки и...

- Нет, нет, - перебил его Кьоу. - Я говорю вам про отличную боевую игру, а вы путаете ее с игрою "Вокруг куста". "Лиса-на-рассвете" не такая игра - за руки здесь не берутся, напротив! Играют так: этот президент и дама его сердца, они вскакивают в Сан-Матео и, приготовившись бежать, кричат: "Лиса-на-рассвете!" Мы с вами ~ вскакиваем здесь и кричим: "Гусь и гусыня!" Они говорят: "Далеко ли до города Лондона?" Мы отвечаем:

"Близехонько, если у вас длинные ноги". И потом мы спрашиваем: "Сколько вас?" - и они отвечают: "Больше чем вы можете поймать!" И после этого игра начинается.

- В том-то и дело! - сказал Гудвин. - Нельзя, чтобы гусак и гусыня ускользнули у нас между пальцев: очень уж у них дорогие перья. Наша партия готова хоть сегодня взять на себя верховную власть; но если касса пуста, мы останемся у власти не дольше, чем белоручка на необъезженном мустанге. Мы должны играть в лисицу на всем берегу, чтобы не дать беглецам улизнуть...

- Если они едут на мулах, - сказал Кьоу, - они доберутся сюда - только на пятый день. Времени достаточно. Всюду, где можно, мы установим наблюдательные посты. Есть только три места на всем побережье, откуда они могут попасть на корабль: наш город, Солитас У Аласан. Там и нужно поставить стражу. Все это просто, как шахматная задача, шах лисой и мат в три хода. Ах, гусыня и гусак, вот попали вы впросак! Милостью литературного телеграфа, сокровища нашего захолустного отечества попадают прямо в руки честной политической партии, которая только и мечтает, как бы перевернуть его вверх тормашками.

Кьоу был прав. Путь из столицы был долгий и тяжкий. Неприятности сыпались одна за другой: лютая стужа сменялась жестоким зноем, из безводной пустыни вы попадали в болото.