— Никаких дел, мэм. Я ведь уже сказал вам — я направляюсь в Калифорнию.

— Ну, тогда, думаю, все в порядке. Вы — свободный человек. Зовут-то вас как?

Он ответил, чуть замявшись:

— Клейтон.

— А моя фамилия — Керк.

— Миссис Керк, я бы с удовольствием поел. Я вам заплачу за хороший ужин.

Ее муж был фермер, рассказала она ему, который пришел к выводу, что обрабатывать землю в горах — слишком уж тяжкая работа. Он отправился в Дьябло, чтоб поискать работу в городе. Это было прошлым летом, обратно он так и не вернулся, только прислал однажды мальчишку за своими вещичками. Теперь она тут живет с двумя маленькими девочками…

Она задержалась в дверях, глядя Клейтону в лицо, ее глаза скользнули вдоль шрама — от бороды до глазницы.

— И где вы собираетесь переночевать?

— Где-нибудь на дворе.

Темнело с каждой минутой.

— Так нельзя. У вас с собой нет спальной скатки, а к ночи будет совсем холодно.

— Я думал, будет теплее. Насколько я помню эти края, к такой поре тут уже тепло.

— Я могу вам дать еды с собой. Да и здесь вы тоже можете остаться. А утром пойдете дальше. Вы можете найти работу в Дьябло — это отсюда около шестидесяти миль к западу, в верхней долине. Там дела хорошо идут.

— С благодарностью останусь, — ответил Клейтон.

Он вошел внутрь. В хижине было тепло от очага. Две маленькие худые девочки стояли в углу, глядя на него.

— Ну-ка, вы, двое, марш в постель, — приказала миссис Керк. Девчонки не тронулись с места, и она вздохнула. — Ладно, проходите, мистер Клейтон, это Сара и Эндимиона.

Когда девочки наконец отправились спать, миссис Керк вернулась. Она была одета в длинный шерстяной свитер, синие джинсы и сапоги.

— Я вчера убила оленя. — В ее глазах внезапно вспыхнула гордость. — Сама сняла шкуру и разделала. Я это впервые сделала. Я могу жить одна и не чувствую одиночества. Этого оленя я подстрелила прямо в сердце, с семидесяти пяти ярдов. — Она села на деревянную лавку рядом с ним, керосиновая лампа ярко осветила ее. — А чем вы занимались там, в Амарилло?