Долго так продолжаться не могло. Когда сгущаются тучи, обязательно грянет гром. Гроза разразилась после того, как первый помощник, не спросив капитана, распорядился открыть для команды бочку пива. Уязвлённый таким пренебрежением, Дампир запретил. Сам по себе незначительный инцидент оказался последней каплей, и обоюдная ненависть выплеснулась наружу.

Фишер с проклятием подскочил к капитану. Мигом вскипела кровь пирата. Дампир смерил помощника взглядом лесоруба, прикидывающего, куда свалить дерево, и взмахнул металлической тростью. Фишер ловко увернулся.

– Матросы, – выпалил он, – выбросите за борт этого старого негодяя и жулика!

Разъярённый капитан бросился на обидчика и, нанося удары, погнал его по кораблю. На полубаке Фишер залетел в первую попавшуюся каюту и заперся.

– Ты ответишь за это перед судом, грязный разбойник! – вопил он за дверью. – Запомни мои слова: ты ещё пожалеешь, пиратская морда!

Дампир не остался в долгу:

– Судом пугаешь, каналья! Я тебя, ублюдок, разделаю сейчас и скормлю акулам, как падаль!

Запертая дверь не поддавалась. Поостыв, капитан властью, предоставленной ему Адмиралтейством, приказал заковать первого помощника в кандалы до особого распоряжения.

Затем Дампир собрал команду на баке и спросил прямо в лоб:

– Намерены ли вы бунтовать?

Матросы и офицеры заверили капитана, что подобные крамольные мысли никогда не приходили им в голову. Смягчившись, Дампир продолжил:

– Я знаю о ваших нуждах. Потерпите. В Бразилии мы получим всё необходимое. Нам во славу короля и Англии предстоит большое плавание, и главные трудности впереди. Будем жить дружной семьёй. Со своей стороны, я обещаю заботиться о вас, как родной отец. Все вы вернётесь домой живыми и увенчанными славой.

Речь капитана прерывалась криками запертого Фишера, который призывал не верить этой бестии.