Она беспомощно посмотрела на мужа. Сабинин отчим выглядел очень солидно: седая шевелюра, очки, значительный подбородок… Он был известным ученым, занимался лингвистикой, научными переводами, возрождал мертвые языки, расшифровывал древние манускрипты и ничего не понимал в женских проблемах.

— Не может быть, чтобы девочка так расстроилась из-за парня, с которым рассорилась семь лет назад, — сказал он, насупившись. — Для этого она слишком благоразумна!

В ответ на его слова девочка зарыдала с удвоенной силой.

— Она нас слышит, — с изумлением заметила мама, потому что рыдания были самозабвенные.

В тот же миг подушка отлетела в сторону, и Сабина, растрепанная и красная, как помидор, рывком села на кровати.

— Почему ты так сказал?! — с ненавистью глядя на отчима, вопросила она. — С чего вы все взяли, что я благоразумная?! Я самая большая дура на свете!

Очень вовремя вернулся Петя с подносом, на котором стояла бутылка вина и бокалы.

— О! — воскликнул он, увидев зареванную сестру с распухшим носом и торчащими в разные стороны волосами. — Восставшие из ада! Хочешь выпить?

Он налил ей полный бокал, и Сабина большими глотками осушила его до дна. Присутствующие смотрели на нее с некоторой опаской.

— Я поеду домой, — сообщила она сдавленным голосом.

— Не думаю, что это хорошая идея, — решительно возразила мама, а Петя громко закричал:

— Ну, вот еще! Я тащился сюда только для того, чтобы с тобой поговорить. У меня дело горит, и ты обещала мне помочь!

Сабина поджала под себя ноги, отогнула край пледа и вытерла им нос. Выпитый на голодный желудок алкоголь сразу ударил ей в голову. Стало жарко, потому что кровь быстрее побежала по сосудам, растворив заодно и комок слез, который до сих пор мешал ей дышать. Но даже в таком состоянии она понимала, что отпираться бессмысленно. Если брат что-то задумал — все, можно считать это приговором.