Отбыв наказание за оплошность, Хартман стал более внимательным и Россмана больше не терял. Через неделю они и еще одна пара "мессершмиттов" летали в район Эльхотово. Там им встретились пять русских истребителей ЛаГГ-3, сопровождавших десяток Ил-2. Пара обер-лейтенапта Краунца занялась истребителями прикрытия, а Россман с Хартманом - "илами". Эрих незаметно, как учили, подобрался к "илу" метров на двести и атаковал. Совершенно явственно видел, что попадает по двигателю, но бронебойно-зажигательные пули (это он тоже наблюдал не менее ясно) отскакивали рикошетом. Раздосадованный, он приблизился к штурмовику почти вплотную и в упор всадил очередь. Hеожиданно "ил" вспух огнем, и его разнесло в прах. Очевидно, пуля попала во взрыватель бомбы. Самолет Хартмана швырнуло в сторону, он конвульсивно задергался и стал угрожающе клевать носом. До базы дотянуть не удалось, приземлялся в степи, притом не совсем удачно - на две недели угодил в лазарет...
Утром 7 ноября Дитрих Грабке, командир Хартмана, сказал:
- Сегодня у русских национальный праздник, поэтому, надеюсь, мы поколотим их покрепче.
В первом вылете Хартман вился за Россманом, как нитка за иглой. Самолеты русских долго не попадались. Лишь у самой передовой, уже по пути на базу, появились "илы". Они шли на бреющем. Хартман атаковал самолет с желтым коком винта и белым номером "29". Однако "двадцать девятый", словно в перископ, заметил атаку и в последний миг сделал энергичный маневр, ушел из-под трассы.