Он не ответил, но я увидел, как Наташа, взвинченная подружкой и алкоголем, пытается скрыться от своих навязчивых тело-хрантелей, как они бегут за ней, запыхавшись, и как Эдгар заслоняет ее своим мускулистым черным телом, телом, сулящим неотвратимую беду, а потом презрительно метит наиболее оторопевшего охранника, и как они, рассвирепевшие, бросаются за ним, совершенно забыв о подопечной девушке.

– И за это она нас накормила, – заключил я свой фантазм.

– Ну да. Кстати, неплохо бы перекусить чем-нибудь вкусненьким, – подумал Эдгар-Эдичка, облизнувшись.

Я открыл ему баночку «Фрискаса», другую – себе, ибо то, что я готовил для Натальи, было либо съедено, либо затоптано и на радость крысам обитало уже в мусоропроводе.

– Эдак я отвыкну от человеческой еды, – сказал я, вычистив банку, так, что и микроб-дистрофик не смог бы в ней поживиться.

– И шерсткой обрастешь, и хвостатым станешь, – пристально посмотрел Эдгар-Эдичка. – Видел недавно по телевизору рекламный ролик. В нем доказывалось, что систематическое трехразовое употребление кошачьей пищи приводит к увеличению лохматости на сто восемьдесят девять процентов – особенно на спине. А каждая новая банка говяжьего «Фрискаса» увеличивает длину копчика на один миллиметр, но за счет общей длины позвоночника. Так что сожрешь еще десяток банок из моих запасов, и Наташа с удовольствием возьмет тебя на руки.

Вот так вот. Истратил мои последние деньги на красоту, а теперь попрекает своими консервами.

Покачав осуждающе головой, я выпил стопку и захрустел кроликом со злаками. Кролик со злаками после пятидесяти грамм хорошего виски – самое то, рекомендую.

– Алкоголик несчастный, – посмотрел кот, пожалев своих гранул. – Такая девушка пропадает, а он виски хлещет, как водку.

– Да не алкоголик я, это – характер. Понимаешь, я всякое дело довожу до конца – это принцип. И не выпитое, так же как и недоделанное вызывает у меня острое желание...

– А если бы у тебя было триста бутылок, как у Наташиного папаши в баре? – перебил он меня мысленным напором. – Ты бы глаз не сомкнул, пока их не прикончил?