Две недели отсутствия отца. Гарет не сомневался, что папа не успеет вернуться до сентября. Проход схлопнулся, отрезав мальчика от Карса, Вельда и семьи.

За это время Гарет прочитал учебники от корки до корки. Всё равно делать больше нечего. Практиковаться Магнус ему запретил, рассказав историю о некоем волшебнике, который, невнятно произнеся заклинание излечения простуды, обнаружил, что лежит навзничь, прижатый к полу копытом здоровенного быка.

Проблемы… были. Учебник по Истории Магии Гарет читал через силу. Ему в жизни не попадалось подобной нудятины. На самом деле, интересных событий в прошлом хватало, но всё это подавалось сухо, пресно и уныло.

«Согласен с тобой, котёнок, — невыносимо скучный предмет».

Трансфигурация и Чары тоже ввергли Гарета в ступор. А Зельеварение, на первый взгляд напоминавшее привычную Алхимику, оказалось пересыщено ритуальной магией. Механизмы её действия в учебнике не объяснялись, всё ограничивалось инструкциями типа «Порежьте корень аира кубиками… натрите на тёрке сердце змеежабы (что за монстр?)… помешайте три раза по часовой стрелке и два против…» Что зависит от помешивания? Какую роль играет измельчение, если из нарезанного кубиками корня аира, смешанного с растёртыми листьями амброзии, получается лёгкое снотворное, а из растёртого корня и нарезанных листьев — мазь от бородавок?

«Меня спрашивать бесполезно, котёнок — я в этом ничего не понимаю».

«А что мне тогда делать?»

«Нууу… В библиотеку сходи, поищи там чего-нибудь… или в книжный магазин… у тебя деньги-то ещё остались?»